Казачий Миръ
Декабрь 2018
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      

Календарь

Самые активные пользователи за неделю

Поделиться
Перейти вниз
avatar
Admin
Сообщения : 207
Репутация : 1
Дата регистрации : 2018-02-06
Возраст : 60
Откуда : Рязанская обл. г. Скопин
Посмотреть профильhttps://sites.google.com/site/skopinnarodplus/

ЧЕРКИЗОВО — СЕЛО КАЗАЧЬЕ!..

в Ср Мар 28, 2018 10:40 am
ЧЕРКИЗОВО — СЕЛО КАЗАЧЬЕ!..

…Вся история России сделана казаками.
Недаром нас зовут европейцы казаками.
Народ казаками желает быть…
Л. Н. Толстой. Запись от 4 апреля 1870 г.

…При упоминании о нашем Черкизово, пожалуй, всякий начинает вспоминать о «царевиче Черкизе» — столько об этом понаписали историки и литераторы. Слов нет, внешне все выглядит убедительно. Вот, дескать, сбежал «из татар» на Москву этот «Черкиз-Серкиз-Саркис-Чекиз-Секиз-бей», или как его там, и было ему дадено сразу несколько селений, в том числе и наше Черкизово, что на Клязьме.

Да вот только одно «но».

Дело в том, что в документальных источниках нет не только сведений о принадлежности «царевичу» сел со сходными названиями, но и вообще следов этого мифического «потомка Чингиз-хана». Вот, уже сплошь и рядом отмечается: «по документам, имя Черкиза/Серкиза не прослеживается»…

А селений с названием Черкизово (изначально «Серкизовское») у нас несколько: и на Клязьме в Пушкинском районе; и в Москве, на речке Сосенке, притоке Хапиловки, которая в свою очередь — приток Яузы; и еще под Коломной, и еще… Даже на Украине есть свой Серкизов (Серкiзiв) — это что ж получается, и туда «царевич» доскакал?..

Или взять созвучные Черкасск и Новочеркасск в Ростовской области, Черкасск — в Пензенской области и Красноярском крае. Плюс город Черкассы на Украине (там же — Черкесы); также Черкассы — две деревни и село в Башкирии, хутор в Курской области, села — в Липецкой, Оренбургской и Тульской областях, деревня — в Пензенской области, нынешний микрорайон в Твери. К этому — две деревни с именем Черкасово в Витебской области Белоруссии, одноименные села и деревни в России: Владимирской, Калужской, Лениградской, Псковской, Тверской, Ярославской и даже Челябинской областях, в Алтайском крае, Марий Эл и Татарстане.
Добавим, еще неподалеку от нашего Черкизова было селение с названием Черкасова Гора (это где Пестово).

Это как, всё владения Черкиза?..

* * *
Так вот.
Совсем другая история получается, когда мы используем «казачью» версию.

Впервые об этом говорилось в очерке «Черкизово — село казачье?!." („Маяк“, 17.08.2016). А дальнейшие поиски позволили не только убрать знак вопроса (оставив только восклицательный!) в названии той публикации, но и получить много новых и, на наш взгляд, интересных сведений о возможной связи селений Черкизовых, Черкасовых и т. п. — с казачьим народом.
Ведь „черкиз-серкиз“ — это не что иное, как форма слова „черкес-черкас-черкис“, коим в давние времена у нас прозывали… — да-да, именно казаков! Какого роду-племени были эти „черкизы“ — другой разговор. Во всяком случае, все они были христианами. Православными.
Помните строки из пушкинской „Полтавы“ — „Мария, бедная Мария, / Краса черкасских дочерей!“, — где речь идет о дочери Генерального писаря и судьи казачьего Войска Запорожского, Кочубея?..

А если же говорить о документах, то для нас в истории представляет интерес единственное реальное действующее лицо — это Андрей Серкизович.

…К примеру, у В. И. Татищева в „Истории Российской“ сказано: когда, готовясь к Куликовской битве, пришел князь великий Дмитрий Иванович на Коломну, в субботу, 28 августа, его там, на речке Северке, уже поджидали „воеводы многие“. А на следующий день, в воскресенье, рано утром князь назначил каждому полку воеводу: в передовой же полк, кроме прочих, был назначен „переславский же воевода Андрей Серкизович“. (Это от него, „лже-чингизида“, по легенде XVII в., повели свой род Старковы, владельцы Черкизова на Москве-реке под Коломной).

Тут, на наш взгляд, сразу два любопытных момента.
Первое. Что, если „Серкизович“ — это вовсе не отчество, а прозвище, означающее принадлежность к тому самому казачьему сословию. Ведь вот в летописях под 1397–98 гг. не раз упоминается псковитянин, посол в Новгород — Филипп Козачкович (Казачкович). Причем „Козачкович“ трактуется как прозвище посла, указывающее на его корни. Почему бы и нет? Ведь в тех краях издавна, во всяком случае, с XIII в., были известны атаманы-„ватаманы“, предводители „вольных ватаг“, по сути, тех же казаков на Русском Севере. (А о казачьих атаманах Смаге Чершенском, Агузе Черкасе, Михаиле Черкашенине, Корнее Яковлеве-Черкасе будет сказано ниже).
И второе. Случайно ли наш Серкизович был назван именно переславским воеводой?
Посмотрим.

…Близ старинного города Переславля-Залесского (как, впрочем, и в других местах) встречаются любопытные названия: Берендеево болото, Берендеева слобода, Берендеево и т. п. По этому поводу авторитетные исследователи высказываются следующим образом: в этих местах, в районах Владимиро-Суздальской земли издавна селились… берендеи, попавшие туда еще в период войн Юрия Долгорукого и Андрея Боголюбского за стол в Киеве. Считается, эти берендеи с середины ХII в. были внушительной силой и, играя видную роль в междоусобных распрях, служили владимиро-суздальским, ростовским, переславским, а позже и московским князьям.

К тому же полагают, именно берендеи, будучи княжескими дружинниками и имея сильное влияние „на руководство“, могли стать первыми русскими дворянами, своего рода „ядром“ для образования русского военного сословия.

А еще, берендеи вместе с летописными торками, — что еще в XII в., как и „все Черные Клобукы, еже зовутся Черкасы“, т. е. опять же — казаки!..

Так может, воевода Андрей Серкизович, — как и двадцать других переславских бояр, вместе с ним сложивших головы на поле Куликовом, — и был таким берендеем-черкасом-казаком?..
Но вот насчет его владений под Москвой, ничего, как говорят, „науке не известно“…

* * *
Теперь немного об истории казаков.
Авторитетный исследователь Е. П. Савельев в своей „Древней истории казачества“ выводил их корни из глубины тысячелетий. Казаки же упоминалсь в летописных источниках XV в.: „Тое же весны царь Махмет и сын его Мамутяк послали в Черкасы по люди, и прииде к ним две тысячи казаков…“; „Князь великии послал на Каму воевати Руна с казакы…“ и т. д. Другие документы под 1444 г. сообщают о казаках, обитавших по Червленому Яру. А еще бытует наказ вел. князя московского Ивана III рязанской княгине Агриппине: „Твоим служилым людям и городовым казакам быть всем на моей службе…“.

Что же касается „городовых казаков“ — то это одна из основных ветвей казачества, „представители которой впоследствии вошли в состав почти всех современных казачьих Войск. Эту ветвь представляли из себя рязанские черкасы и всевозможных наименований городовые казаки, сформированные правительством для защиты окраинных городов от неприятельских вторжений. <…> Всех их переработало могучее духом основное казачество, потомки вольных воинственных черкас, вдохнуло в них казачью душу, усыновило и сделало истыми доблестными казаками, глубоко гордящимися казачьим званием и совершенно забывшими о своем происхождении“ (Савельев Евграф. Племенной и общественный состав казачества. 1913).

Кстати, среди казачьих предводителей-атаманов числились, к примеру, Смага Чершенский и Агуз (Август)-Черкас. А в 1572 г. на пути Крымской орды, идущей на Москву, встали казаки во главе со знаменитым донским атаманом Михаилом Черкашенином. Его имя в казачьем фольклоре не менее популярно, чем имя Ермака Тимофеевича. А фамилия указывает на его украинское происхождение — ведь в русских источниках XVI—XVII вв. выходцев с Украины прозывали черкасы (черкашеня, черкашаня), а „Черкашенин“ писали с маленькой буквы, как обозначение места, откуда тот родом.

Сохранилось в истории и имя Корнилия (Корнея) Яковлева, по прозвищу Черкас — донского войскового атамана, оставшимся верным Москве во время бунта Степана Разина. Кстати, он неоднократно, начиная с 1646 г., бывал в Москве с Донскими станицами, приезжавшими почти ежегодно для получения государева жалованья и дачи отчета о делах на Дону…

* * *
…А первыми служилыми казаками Москвы стали казаки городецкие и рязанские, их же называли " служилыми татарами» (покинувшими Золотую Орду к началу XV в.). Служак же, несших службу в крепостях на подступах к Москве, называли попросту — русскими казаками.
И с 1468 г. впервые в летописных сказаниях стали упоминаться казаки московские. До сих пор в столице известна Казачья слобода в районе Якиманки на месте современных 1-го и 2-го Казачьих переулков — предположительно, ранее на этом месте существовала Коломенская (вспомним Черкизово под Коломной!) слобода. Неподалеку — Татарская слобода (XIV в.?) в районе Большой Татарской и Пятницкой улиц; ее, якобы населяли выходцы из Золотой Орды (вспомним «ордынских казаков»). Ведь уже в XIV—XV вв. казаки и «татары» (кстати, «татары», равно как и «монголы — отнюдь не самоназвание народов, а искусственно созданные термины для обозначения разноплеменных „воинственных орд“) буквально наполнили московские улицы и предместья.

А в 1489 г. к Москве была присоединена Вятка (Хлынов), где еще в XII в. обосновались „вольные люди“ (казаки-ушкуйники), возглавляемыми „атаманами“. Главарей казнили, часть обратили в холопов, „земских людей“, наделив землей, переселили ближе к Москве, купцов же — в Дмитров. Полагают, что память о „хлыновских ворах“ хранит деревня Хлыново в Раменском районе Подмосковья…

Позже на помощь московскому царю Ивану IV под Казань в 1552 г. пришел с войском донских казаков атаман Сусар Федоров: „и если б только не они., то не были б давно в подданстве за московским царем Казанское и Астраханское царства с городами и землями. <…> По летописным сказаниям второй половины XVI в. казаки принимали весьма деятельное участие во всех войнах, которые вела Москва с своими соседями: казанцами, астраханцами, крымцами, Польшей и Ливонией“ (Е. П. Савельев, „Древняя история казачества“), за что Иван Грозный дозволил казакам свободно торговать во всех российских городах.

А после завоевания Казани и Астрахани в XVI в. сношения с Доном становятся теснее. В Москву для получения „жалованья“ оттуда стали посылаться внушительные по составу посольства, „легковые“ и „зимовые станицы“.

И такая деталь.

Когда в Коломне после опричнины опустело много дворов, их заняли казаки-черкасы, входившие в состав местного военного гарнизона. Они имели собственные не только дворы, но и торговые лавки, и даже „своего“ старца при монастыре. Любопытно, на окраине Коломны есть район (бывшее село) Городищи с урочищем „Таборы“ — так у запорожских казаков назывался укреплённый полевой лагерь; такие „таборы“ служили главной базой городовых казаков-черкасов. А на другой окраине Коломны при слиянии Москвы-реки и Оки находится Старо-Голутвин монастырь, где находили свой последний приют состарившиеся и измученные ранами мещёрские казаки. В старое время там же находилась Голутвенная слобода: „голутвой“ же у донских казаков называли одиноких и холостых казаков.

Опять же в Коломне, в период, предшествующий Смутному времени, были поселены дополнительно 25 человек черкас из запорожского полка Конши, который перешёл на службу московскому царю. Так, может, и тамошнее село Серкизовское, упомянутое в духовной Василия II во второй половине XIV в., тоже имеет отношение к переселениям в московские земли вольных казаков?..

Много интересного содержат документы 1614–15 гг. В них, в частности, упоминаются основные направления, по которым перемещались казачьи отряды (как „сторонники“, так и „противники“ царской власти): Коломенская и „Коширская“ дороги, путь из Тушина на Москву, „как шли те казаки [от Троице-Сергиева монастыря] к Москве“ — через село Пушкино на р. Уче, места содержания опальных „вольных людей“ — тот же Троице-Сергиев монастырь, Коломна… Не раз упоминается и московский Казачий приказ (слобода) у Яузских ворот; особо говорится о взаимоотношениях „татарских“ и казачьих соединений. Любопытна одна из челобитных, содержащая просьбу об освобождении из заточения „иноземца“ — казака Черкашенина»…

В исследовании А. Л. Станиславского «Гражданская война в России XVII в. Казачество на переломе истории» (1990) особо подчеркивается активная роль этой вольницы в тогдашних событиях: «Полтора года «без съезду» они стояли под Москвой и… не собирались так просто уходить из освобожденной столицы. Казаки «всю казну московскую взяша, и едва у них немного государевы казны отняша». Тогда в столице обреталось до 15–20 тысяч казаков, что было сравнимо с численностью дворянства: «казаки бояром и дворяном сильны, делают что хотят».

Казаки даже выдвигали своих кандидатов на царский престол, в частности, Д. М. Черкасского и М. Ф. Романова: «А без государя ратные люди… и атаманы, и казаки… — на черкас (украинских казаков — И.П.) и на Ивашку Заруцкого итти не хотели».
В конце концов, именно с помощью казаков и был избран Михаил Романов, за что юный царь обещал им «великое» жалованье: части казаков «позволили построиться в Москве и в других городах, не платя два года налогов и долгов», причем им отдавали «в кормление» целые территории…

* * *
А теперь о наших селениях. С названием Черкизово.
Начнем, пожалуй, с нашего Черкизова, что на реке Клязьме.
«Черкизовский луг» на «земле Дятлова» впервые упоминается под 1504 г., затем владельца с. Серкизовского, М. В. Дятлова, встречаем в «Списке с записи Куровы Мельницы на Клязьме» под 1507–08 гг. (Из старинного родословца, «Бархатной книги», узнаем: «Дятловы — выехали из Литвы. Родословная в росписи Владычкиных»)…

А дальше среди владельцев Черкизова на Клязьме — князья Глинские.
И здесь вот что интересно.
В той же «Бархатной книге» читаем: «Глинские князья, выехали из Литвы, а в оную из Татар, где до выезду в Россию даны были им вотчины Глинеск, да Глинище, а от того и название свое получили».

Но татары татарами (иногда считают, Глинские — прямые потомки золотоордынского темника Мамая, «героя» Куликовской битвы, и их родословная якобы ведется чуть ли не от Чингиз-хана и Чингиз/Книгиз-царя), но ведь «Мамай» — это традиционный псевдоним «гайдамаков» и запорожцев. В связи с этим замечают: «остается только удивляться, что никто из… писавших о «козаке Мамае», не вспомнил о Глинских, а столь же многочисленные историки, занимавшиеся Глинскими, не заметили «козака»!
Опять казаки в Черкизове?!..

Теперь — московское Черкизово.

Традиционно считается, что первое упоминание этого села (Серкизовское) — в духовной митрополита Алексея, который, дескать, купил его у Ильи Озакова (Азакова), а в 1366-м, или в 1378 г., завещал его Чудову монастырю.

Но с этим «завещанием» много неясного. Во-первых, документ под названием «духовной грамоты» был найден только в 1779 г., а во-вторых — упомянутые там села и деревни не имеют однозначной адресной привязки, и, вообще, «эта грамота — подделка середины XV в.»!..
А Илья Озаков (Азаков) — не Козаков-Казаков ли?..

Ну, и о Черкизове под Коломной.
Впервые, наверное, оно упоминается в духовной великого князя Василия Васильевича 1461–62 гг. «Да даю своеи княгине село Серкизовское с Мезынкою и со всеми селци и з деревнями… оу города оу Коломны…». Но с конца XVII в. оно становится вотчиной князей Черкасских, ведущих свой род — внимание! — от одного из черкесских (и тут эти черкесы-черкасы-черкизы!) султанов Египта!..

О Черкизове же на Сходне (Новоподрезково) известно, что в начале XVI в. этим селом владел Петр Яковлевич Захарьин, представитель рода, ведущего начало от небезызвестного Андрея Кобылы, который, возможно, как-то связан с Ростовом Великим. А там недалеко и Переславль-Залесский с его казаками-берендеями…

* * *
На этом, пожалуй, закончим наши заметки, заметив лишь следующее.
…Сплошь и рядом в поисках истины мы стараемся обратиться к чему-то экзотическому, ненашенскому, пришедшему «из-за бугра».

А ведь часто откровения — буквально рядом с нами: стоит поглубже вникнуть в пласты родного языка, хорошенько покопаться в своей родовой памяти и обратиться к порой малоизведанным страницам нашей истории. Тогда, может быть, и отпадет нужда искать мифического «татарского царевича-чингизида Черкиза»?..

Что касается наших сел…
Скорее всего, они были основаны в XIV—XV вв. как казачьи таборы, станы-становища с соответствующими названиями Серкизовских-Черкизовских.

И все наши села расположились вдоль древнейшего пути — с северо-востока Московской Руси к ее южным и юго-западным окраинам: с Волги, от Костромы и Ярославля через Ростов, Переславль-Залесский, позже и Троице-Сергиев монастырь











Вернуться к началу
Права доступа к этому форуму:
Вы не можете отвечать на сообщения